Обычная версия сайта Размер шрифта Цветовая схема Изображения

Поэты о поэзии

Поэзия  моя держава, Я вечный подданный ее.
Михаил Светлов

 

Семен Венцимеров

День поэзии

Мир устал от гротеска,
В мире святости нет...
По решенью ЮНЕСКО
Встань над миром, поэт.
21 марта –
День поэзии. Мой.
И Нью-Йорк и Джакарта,
Помечтай над строкой.
Лоб морщиной прорезал
Стихозарный левша...
И студент, и профессор,
И любой, в ком душа,
Подивись чуду слова,
Дай поэзии власть –
И спасешься от злого
И попразднуешь всласть.
Без терцин и сонетов
В мире свинство и мрак.
Не стреляйте в поэтов
На дуэлях и так.
Пали Пушкин и Лорка –
Нравы и времена...
И печально и горько –
Всех столетий вина.
Без поэта – убого,
В нем душа, как радар.
Возвеличьте любого,
В ком возвышенный дар.
Жизнь вовек не увянет,
Если, вспыхну во мгле,
Днем поэзии станет
Каждый день на Земле...


О вы, кого манит успеха путь тернистый,
В ком честолюбие зажгло огонь нечистый,
Вы не достигнете поэзии высот:
Не станет никогда поэтом стихоплет.

Никола Буало


Дыхание свободно в каждой гласной,
В согласных - прерывается на миг.
И только тот гармонии достиг,
Кому чередованье их подвластно.
Звучат в согласных серебро и медь.
А гласные даны тебе для пенья.
И счастлив будь, коль можешь ты пропеть
Иль даже продышать стихотворенье.

С. Маршак


Свои стихи, как зелье,
В котле я не варил
И не впадал в похмелье
От собственных чернил.

Но четко и толково
Раскладывал слова,
Как для костра большого
Пригодные дрова.

И вскоре — мне в подарок,
Хоть я и ожидал,—
Стремителен и ярок,
Костер мой запылал.

С. Маршак


Дай выстрадать стихотворенье!
Дай вышагать его! Потом.
Как потрясенное растенье,
Я буду шелестеть листом.

Я только завтра буду мастер,
И только завтра я пойму,
Какое привалило счастье
Глупцу, шуту, бог весть кому,-

Большую повесть поколенья
Шептать, нащупывая звук,
Шептать, дрожа от изумленья
И слезы слизывая с губ.

Давид Самойлов


Давид Самойлов

Вдохновенье

Жду, как заваленный в забое,
Что стих пробьется в жизнь мою.
Бью в это темное, рябое,
В слепое, в каменное бью.

Прислушиваюсь: не слыхать ли,
Что пробиваются ко мне.
Но это только капли, капли
Скользят по каменной стене.

Жду, как заваленный в забое,
Долблю железную руду,-
Не пробивается ль живое
Навстречу моему труду?..

Жду исступленно и устало,
Бью в камень медленно и зло...
О, только бы оно пришло!
О, только бы не опоздало!


В творении поэта,
Как в эхе горестном, нашли себе исход
Все чаянья земли, всё то, о чём планета
Кричит, поёт, твердит, пока во мраке ждёт.

В. Гюго


Валерий Брюсов

Юному поэту

Юноша бледный со взором горящим,
Ныне даю я тебе три завета:
Первый прими: не живи настоящим,
Только грядущее - область поэта.

Помни второй: никому не сочувствуй,
Сам же себя полюби беспредельно.
Третий храни: поклоняйся искусству,
Только ему, безраздумно, бесцельно.

Юноша бледный со взором смущенным!
Если ты примешь моих три завета,
Молча паду я бойцом побежденным,
Зная, что в мире оставлю поэта.


Не я выбираю читателя. Он.
Он достает меня с полки.
Оттого у соседа тираж - миллион.
У меня ж одинокие, как волки.

Однако не стану я, лебезя,
Обходиться сотней словечек,
Ниже писать, чем умеешь, нельзя -
Это не в силах человечьих.

А впрочем, говоря кстати,
К чему нам стиль "вот такой нижины"?
Какому ничтожеству нужен читатель,
Которому стихи не нужны?

И всё же немало я сил затратил,
Чтоб стать доступным сердцу, как стон.
Но только и ты поработай, читатель:
Тоннель-то роется с двух сторон.

Илья Сельвинский


Поэзия - горячий цех,
В котором место есть для тех,
Кто ночью и при свете дня
Прожить не может без огня.
Пусть слабодушные уйдут,
Их обиталище не тут.
Пускай покинет нас делец:
Огонь - не золотой телец.
За слабодушным и дельцом
Ленивец пусть уйдёт с глупцом.
Здесь не надёжен их успех:
Поэзия - горячий цех.

Илья Сельвинский


Тихо-тихо идут часы,
За секундой секунду чеканя;
Четвертушки бумаги чисты,
Перья
дремлют
в стакане.
Как спокойно. Как хорошо.
Взял перо я для тихого слова.
Но как будто я поднял ружьё:
Снова пламя, видения снова -

И опять штормовые дела,
В тихой комнате буря и клики.
Берег письменного стола,
Океан за ним - тихий. Великий!

Илья Сельвинский


Помогите мне, стихи!
Так случилось почему-то:
на душе
темно и смутно.
Помогите мне,
стихи.
Слышать больно.
Думать больно.
В этот день и в этот чася —
не верующий в Бога —
помощи прошу у вас.
Помогите мне,
стихи,
в это самое мгновенье
выдержать,
не впасть в неверье.
Помогите мне,
стихи.
Вы не уходите прочь,
помогите, заклинаю!
Чем?
А я и сам не знаю,
чем вы можете
помочь.
Разделите эту боль,
научите с ней расстаться.
Помогите мне
остаться
до конца
самим собой.
Выплыть.
Встать на берегу,
снова
голос
обретая.
Помогите...
И тогда я сам кому-то помогу.

Роберт Рождественский


Бывает час: тоска щемящая
Сжимает сердце... Мозг - в жару...
Скорбит душа... Рука дрожащая
Невольно тянется к перу...

Всё то, над чем в часы томления
Изнемогала голова,
Пройдя горнило вдохновения,
Преображается в слова.

Исполненный красы пленительной,
И буйной мощи, и огня,
Певучих слов поток стремительный
Переливается, звеня.

Как поле, рдеющее маками,
Как в блеске утреннем река,
Сверкает огненными знаками
Моя неровная строка.

Звенит ее напев рыдающий,
Гремит призывно-гневный клич.
И беспощаден взмах карающий
Руки, поднявшей грозный бич.

Но - угасает вдохновение,
Слабеет сердца тетива:
Смирив нестройных дум волнение,
Вступает трезвый ум в права,

Сомненье точит жала острые,
Души не радует ничто.
Впиваясь взором в строки пестрые,
Я говорю: не то, не то...

И, убедясь в тоске мучительной,
Косноязычие кляня,
Что нет в строке моей медлительной
Ни мощи буйной, опьянительной,
Ни гордой страсти, ни огня,

Что мой напев - напев заученный,
Что слово новое - старо,
Я - обессиленный, измученный,
Бросаю в бешенстве перо!

Демьян Бедный


Моим стихам, написанным так рано,
Что и не знала я, что я - поэт,
Сорвавшимся, как брызги из фонтана,
Как искры из ракет,

Ворвавшимся, как маленькие черти,
В святилище, где сон и фимиам,
Моим стихам о юности и смерти,
- Нечитанным стихам! -

Разбросанным в пыли по магазинам
(Где их никто не брал и не берет!),
Моим стихам, как драгоценным винам,
Настанет свой черед.

Марина Цветаева


Мои стихи не я вынашивал,
Бывало всякое, не скрою:
Порою трус пером их сглаживал,
Герой чеканил их порою.

Влюбленный их писал возвышенно
И лжец кропал, наполнив ложью,
А я мечтал о строках, писанных,
Как говорят, рукою божьей.

Расул Гамзатов


Стихи не пишутся - случаются,
как чувства или же закат.
Душа - слепая соучастница.
Не написал - случилось так.

Андрей Вознесенский


Тот поэт, врагов кто губит,
Чья родная правда мать,
Кто людей, как братьев любит
И готов за них страдать.
Он все сделает свободно,
Что другие не могли.
Он поэт, поэт народный,
Он поэт родной земли!

Сергей Есенин


Подумаешь тоже работа, -
Беспечное это житьё:
Подслушать у музыки что-то
И выдать шутя за своё.

И чьё-то весёлое скерцо
В какие-то строки вложив,
Поклясться, что бедное сердце
Так стонет средь блещущих нив.

А после подслушать у леса,
У сосен, молчальниц на вид,
Пока дымовая завеса
Тумана повсюду стоит.

Налево беру и направо
И даже, без чувства вины,
Немного у жизни лукавой
И всё - у ночной тишины.

Анна Ахматова


Владимир Маяковский

О поэтах

Стихотворение это -
одинаково полезно и для редактора
и для поэтов

Всем товарищам по ремеслу:
несколько идей
о «прожигании глаголами сердец
людей»

Что поэзия?!
Пустяк.
Шутка.
А мне от этих шуточек жутко.

Мысленным оком окидывая Федерацию –
Готов до боли визжать и драться я.
Во всей округе –
Тысяч двадцать поэтов изогнулися в дуги,
От жизни сидячей высохли и жгут.
Изголодались.
С локтями голыми,
Но денно и нощно
Жгут и жгут
Сердца неповинных людей «глаголами».

Написал.
Готово.
Спрашивается – прожёг?
Прожёг!
И сердце и даже бок.

Только поймут ли поэтические стада,
Что сердца
сгорают –
исключительно от стыда.

Посудите:
сидит какой-нибудь верзила
(мало ли слов в России есть?!).
А он
вытягивает,
как булавку из ила,
пустяк,
который полегше зарифмоплесть.

А много ли в языке такой чуши,
Чтоб сама
колокольчиком
лезла в уши?!!

Выберет...
и опять отчёсывает вычески,
чтоб образ был «классический»,
«поэтический».

Вычешут...
и опять кряхтят они:
любят ямбы редактора лающиеся.

А попробуй
в ямб
пойди и запихни
какое-нибудь слово,
например «млекопитающееся».

Потеют как следует
над большим листом.
А только сбоку
на узеньком клочочке
Коротенькие строчки растянулись глистом.
А остальные –
одни запятые да точки.

Хороший язык взял да искрошил,
зря только на обучение тратил гроши.
В редакции
Поэтов банда такая,
Что у редактора хронический разлив жёлчи.

Банду локтями,
Дверями толкают,
курьер орёт «Набилось сволочи!»
Не от мира сего –
Стоят молча.

Поэту в редкость удачи лучи.
разве что редактор заталмудится слишком,
И врасплох удастся ему всучить
какую-нибудь
позапрошлогоднюю
залежавшуюся «веснишку».

И, наконец,
выпускающий,
над чушью фыркая,
режет набранное мелким петитиком
и затыкает стихами дырку за дыркой,
на горе родителям и на радость критикам.

И лезут за прибавками наборщик и наборщица.
Оно понятно –
Набирают и морщатся.

У меня решение одно отлежалось:
помочь людям.
А то жалость! (Особенно предложение пригодилось к весне б,
когда стихом зачитывается весь нэп.)
Я не против такой поэзии.
Отнюдь.
Весною тянет на меланхолическую нудь.

Но долой рукоделие!
Что может быть старей кустарей?!
Как мастер этого дела
(ко мне не прицепитесь)
сообщу вам об универсальном рецепте-с.

(Новость та,
что моими мерами
поэты заменяются редакционными курьерами.)

Рецепт

(Правила просты совсем:
всего – семь.)

1. Берутся классики,
свёртываются в трубку
и пропускаются через мясорубку.

2. Что получилось, то
откидывают через решето.

3. Откинутое выставляется на вольный дух.
(Смотри, чтоб на «образы» не насело мух!)

4. Просушиваемое перетряхивается еле
(чтоб мягкие знаки чересчур не затвердели).

5 Сушится (чтоб не успело перевечниться)
и сыпется в машину:
обыкновенная перечница.

6. Затем
раскладывается под машиной
липкая бумага
(для ловли мушиной).

7. Теперь всё просто:
верти ручку,
да смотри, чтоб рифмы не сбились в кучку!
(Чтоб «кровь» к «любовь»,
«тень» ко «дню»,
чтоб аккуратненько
одна через одну.)

Полученное вынь и...
Готово к употреблению:
К чтению,
К декламированию,
К пению.

А чтоб поэтов от безработной меланхолии
вылечить,
чтоб их не тянуло портить бумажки,
Отобрать их от добрейшего Анатолия Васильича
И передать
Товарищу Семашке.


Поэзия - та же добыча радия.
В год добыча, в грамм труды.
Изводишь единого слова ради
Тысячи тонн словесной руды.

Владимир Маяковский


  Зачем нужны стихи? Кому какая польза
От ритма, рифм и прочих пустяков?
- А вы попробуйте запомнить столько прозы,
Сколько на память знаете стихов!

Николай Глазков


Фёдор Тютчев

Поэзия

Среди громов, среди огней,
Среди клокочущих страстей,
В стихийном, пламенном раздоре,
Она с небес слетает к нам -
Небесная к земным сынам,
С лазурной ясностью во взоре -
И на бунтующее море
Льет примирительный елей.


Г.Р. Державин

На рифмоплета

Видал ли, рифмоплёт, на рынке ты блины
Из гречневой муки, холодные, сухие,
Без соли, без дрожжей, без масла спечены,
И словом, чёрствые и жесткие такие,
то в горло могут быть пестом лишь втолчены?
Не трудно ль — рассуди — блины такие кушать,
Не казнь ли смертная за тяжкие грехи?
Вот так-то, рифмоплёт, легко читать и слушать
Увы! твои стихи.


А.С. Пушкин

Поэту

Поэт! Не дорожи любовию народной.
Восторженных похвал пройдёт минутный шум;
Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,
Но ты останься твёрд, спокоен и угрюм,

Ты царь: живи один. Дорогою свободной
Иди, куда влечёт тебя свободный ум,
Усовершенствуя плоды любимых дум,
Не требуя наград за подвиг благородный.

Один в самом тебе. Ты сам свой высший суд;
Всех строже оценить умеешь ты свой труд.
Ты им доволен ли, взыскательный художник?

Доволен? Так пускай толпа его бранит
Плюет пусть на алтарь, где твой огонь горит,
И в детской резвости колеблет твой треножник.


Александр Кушнер

Кружево

Суконное с витрины покрывало
Откинули — и кружево предстало
Узорное, в воздушных пузырьках.
Подобье то ли пены, то ли снега.
И к воздуху семнадцатого века
Припали мы на согнутых руках.

Притягивало кружево подругу.
Не то чтобы я предпочел дерюгу,
Но эта роскошь тоже не про нас.
Про Ришелье, сгубившего Сен-Мара.
Воротничок на плахе вроде пара.
Сними его — казнят тебя сейчас.

А все-таки как дышится! На свете
Нет ничего прохладней этих петель,
Сквожений этих, что ни назови.
Узорчатая иглотерапия.
Но и в стихах воздушная стихия
Всего важней, и в грозах, и в любви.

Стих держится на выдохе и вдохе,
Любовь — на них, и каждый сдвиг в эпохе.
Припомните, как дышит ночью сад!
Проколы эти, пропуски, зиянья,
Наполненные плачем содроганья.
Что жизни наши делают? Сквозят.

Опомнимся. Ты, кажется, устала?
Суконное накинем покрывало
На кружево — и кружево точь-в-точь
Песнь оборвет, как песенку синица,
Когда на клетку брошена тряпица:
День за окном, а для певуньи — ночь.

(И книги: Советская поэзия. В 2-х томах. Т.1.- М.:, 1977.- С. 795-796.)

Наши поэты

Конечно, Баратынский схематичен,
Бесстильность Фета всякому видна,
Блок по-немецки втайне педантичен,
У Анненского в трауре весна,
Цветаевская фанатична Муза,

Ахматовой высокопарен слог,
Кузмин манерен, Пастернаку вкуса
Недостает: болтливость вот порок,
Есть вычурность в строке у Мандельштама,
И Заболоцкий в сердце скуповат...

Какое счастье даже панорама
Их недостатков, выстроенных в ряд!

С сайта: http://annensky.lib.ru/names/kushner/kushner1.htm


Использована литература из фонда абонемента и материалы информационно-поэтического портала «Русские рифмы»:  http://rifma.com.ru br /oetry.htm и сайта: http://www.my-works.org/text_30171.html

Извините, ваш Интернет-браузер не поддерживается.

Пожалуйста, установите один из следующих браузеров:


Google Chrome (версия 21 и выше)

Mozilla Firefox (версия 4 и выше)

Opera (версия 9.62 и выше)

Internet Explorer (версия 7 и выше)


С вопросами обращайтесь в управление информатизации ТОГУ, mail@pnu.edu.ru