Обычная версия сайта Размер шрифта Цветовая схема Изображения

Рахуба Виктор Иванович

Рахуба Виктор Иванович

В 1964 году я закончил Чумиканскую среднюю школу, что на севере Хабаровского края. В школе мы изучали автодело, и поэтому, приехав в Хабаровск, сразу сдал документы в политехнический институт на автомобильный факультет, пользовавшийся большой популярностью у тогдашней молодежи. Конкурс был четыре человека на место. К сожалению, на вступительных экзаменах не смог набрать нужного количества баллов, хотя получил даже пятерку по химии. Но нам пообещали, а институт был еще в строительных лесах, что если мы поможем в строительстве, обустройстве института, его левого крыла и других вспомогательных помещений, то, возможно, нас возьмут дополнительно в группы. Определили меня на штукатурные работы в детский сад, что за оврагом, в студенческой среде его называли Ла-Маншем, в поселке преподавателей.

Отработали мы добросовестно один месяц, и в самом деле мне предложили учиться на очном отделении, но вместо автомобильного рекомендовали пойти на лесоинженерный факультет. Я ответил: «Из леса приехал и опять ехать в лес не хочу», – хотя это был не истинный ответ. Трудностей мы, северяне, не боялись, просто очень хотелось быть профессиональным автомобилистом. Поэтому я пошел работать автослесарем на автопредприятие Минавтотранса, одновременно поступил на вечерние подготовительные курсы при институте. На следующий год снова сдавал экзамены и из двадцати пяти возможных набрал двадцать четыре балла. Так в 1965 году я стал студентом-автомобилистом – желание сбылось!

С головой окунулся в новую обстановку. Стал сотрудничать с газетой «За инженерные кадры» – там появлялись мои заметки о студенческой жизни. Жил в общежитии № 2, был вовлечен в институтскую команду по легкой атлетике. В нашей группе АТ-57 училось 30 человек, а всего на двух потоках было десять групп, то есть общее количество студентов составляло 300 человек только на первом курсе. Хорошо помню, как перед нами выступил ректор Михаил Павлович Даниловский. Его слова о том, что мы сами должны строить свою жизнь, а не ждать, что все сделают за нас, глубоко запали мне в душу.

В группах были организованы «треугольники» самоуправления: староста, комсорг и профорг, а за каждой группой закреплен преподаватель. Надежда Андреевна Присягина была куратором нашей группы АТ-57, всегда нас опекала и поднимала на общественные дела. Старостой стал бурят Михаил Чайдонович Ламатханов, уже отслуживший срочную воинскую службу, меня выбрали комсоргом, и я добросовестно отдавался общественной работе, при этом учился на отлично. Деканом на нашем факультете в то время был Геннадий Федорович Кулаков, а его замом – Юрий Федорович Башкин, впоследствии возглавлявший филиал института в Магадане, затем деканом стал Сергей Германович Власенко. Наша группа неоднократно становилась победителем социалистического соревнования среди студенческих групп института. Я дважды был в президиуме на торжественных заседаниях в актовом зале института, посвященных знаменательным датам того далекого социалистического времени: Великой Октябрьской социалистической революции и Первому мая.

Практически со второго курса мы стали заниматься научной работой в лабораторном корпусе на кафедре автомобилей, где «творил» профессор, будущий доктор технических наук Александр Сергеевич Терехов, а на соседней кафедре ремонта машин работал знаменитый кандидат наук Валерий Георгиевич Дажин. Они привлекали студентов к подготовке научных работ с практическим применением результатов исследований, использованием их на производстве (замечу, что в дальнейшем эти занятия оформились у нас в дипломные работы). Я даже участвовал в студенческой научно-технической конференции, выступал с докладом, моим руководителем был преподаватель Сергей Сергеевич Гулезов, который тогда готовил кандидатскую диссертацию.

Тогда же на втором курсе меня выдвинули в институтский комитет комсомола, в идеологический отдел, в котором я отвечал за культмассовую работу среди студентов всех факультетов института. У нас всегда царил дух соревнования между факультетами в учебе, спорте, а в марте-апреле – особенно: в эти месяцы ежегодно проводились конкурсы художественной самодеятельности, где автомобильный факультет неоднократно занимал призовые места. В это время первым секретарем комитета ВЛКСМ института был Сергей Сергеевич Гулезов – трудоголик по натуре, секретарем по идеологической работе – Виталий Тильман, за оргработу отвечал Алексей Аношин, оба, как и я, студенты. Много было сделано в это время для поднятия престижа института, его факультетских специальностей. Деканом на автомобильном факультете стал Евгений Георгиевич Чурсин, а секретарями комитета комсомола факультета поочередно были Владимир Данилов и Валерий Кузнецов.

Вспоминаю, как на первых двух курсах на наших группах, впервые в высшей школе на Дальнем Востоке, проводился эксперимент ежедневной учебы студентов, а итоги усвоения знаний подводились с выставлением оценок на коллоквиумах практически еженедельно. Труд этот был нелегким, нагрузка большая, но если ты ежедневно учился, а кроме того, выполнял общественную и спортивную работу, то по сумме положительных оценок уже не сдавал полугодовые сессионные экзамены. Конечно, не всем это удавалось, но эксперимент способствовал тому, что повышалась усидчивость студентов и уровень знаний, развивались навыки правильного мышления и ориентирования в поставленных задачах и, как итог, – при защите дипломных работ многие получили красные дипломы и впоследствии стали высококлассными специалистами.

Наступил 1967 год, год знаменательный – 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции. Отмечать эту дату, конечно, готовились и в нашем «политене». Как тогда было принято, а старшее поколение хорошо это помнит, весь советский народ готовил героические подарки Родине к этому важному событию. Инициатива народа всегда поддерживалась профсоюзным движением, закреплялась решениями комсомольских и партийных организаций. Мы же, комсомольцы института, тогда решили организовать первый в Хабаровском крае студенческий строительный отряд. Это происходило уже после того, как московские студенты практически заполонили весь Дальний Восток своими студенческими стройотрядами, сверкая нарядами зеленых курток – их форма и подтянутость приводили в восторг наших студентов. Мы хотели быть не хуже. Первый секретарь крайкома КПСС Алексей Климентьевич Черный поддержал нашу инициативу, было принято постановление бюро крайкома КПСС и бюро крайкома ВЛКСМ.

В феврале-марте отряд начал комплектоваться. Для начала решили привлечь в него только два факультета – автомобильный и строительный. Нашли объект краевого значения в лесной отрасли. Дальний Восток гремел и развивался. Был выведен на полную мощность Амурский ЦКК (целлюлозно-картонный комбинат) и ЦБК (целлюлозно-бумажный комбинат), но не хватало сырья – древесины. Выяснили, что лес уже заготовлен, древесина в больших штабелях лежала на делянах в лесу в районе между Комсомольском-на-Амуре и Советской Гаванью. Чтобы организовать ее доставку в Амурск, необходимо было построить поселок лесопереработчиков, укрепить их производственную базу по раскряжевке и обеспечить погрузку древесины в вагоны, для чего необходимо было построить железнодорожный тупик.

Численность отряда определили в 300 человек. Командиром его назначили секретаря комитета ВЛКСМ, преподавателя института Николая Дмитриева. Комиссарами были назначены от автомобильного факультета Валерий Кузнецов – секретарь комитета ВЛКСМ факультета, а от строительного – Васильев (имя не помню). Шел уже апрель. Форму для студенческих отрядов заказали, но так ее и не получили, поэтому со склада госрезерва всем выдали военные гимнастерки образца 1941 года.

И вот на очередном заседании комитета комсомола института поставили вопрос – для приема и размещения студентов в стройотряде необходимо создать передовой отряд, который должен выехать примерно за месяц-полтора, установить палатки в лесу, построить столовую, бытовки, умывальники, оборудовать места общего пользования и, конечно, места для коллективного отдыха: танцев, волейбола, футбола. Имея житейский опыт, бывшие армейцы напомнили, что нужно сделать еще и сушилку для одежды, так как возможно будут работы под дождем, ведь скидок на погоду никто не даст.

На добровольной основе подобрали десять студентов со строительного и автомобильного факультетов, где большинство составляли автомобилисты, в основном из группы АТ-57, где я был комсоргом. В передовой отряд попали Александр Юркевич, Владимир Одинцов, Дмитрий Рудь, Анатолий Симакин, Евгений Лисов, Алексей Тяжлов, Михаил Ламатханов (староста и бригадир) – из группы АТ-57, Александр Котин – из АТ-55, Анатолий Маковеев – из ПГС-53. Многие из нас были отличниками, общественниками. Перед нами поставили задачу досрочно сдать экзамены и уже в мае десантом на поезде добираться через Комсомольск-на-Амуре в сторону Советской Гавани. Точка на карте называлась железнодорожный разъезд 129-й километр. А поселок, который мы должны были построить, назвали Уктур. Экзамены мы сдали, усердно попотев, так как никто из преподавателей не делал нам скидок, несмотря на приказ ректора о досрочном принятии экзаменов. Вот так мы все окончили второй курс.

Как я уже отметил, отряд формировался из 300 бойцов, но нас предупредили, что часть строительного факультета, в пределах 100 человек, осядет на станции Селихино, где они будут работать у руководства лесозаготовителей, а мы примем отряд в 200 бойцов. В начале мая наша группа из 10 человек выехала с железнодорожного вокзала Хабаровска на поезде, следовавшем по маршруту Владивосток – Советская Гавань. Был хороший день, и нас отсняли на кино- и фотопленку. Эту работу выполнял наш студент Александр Котин, который работу в институте начинал в фотолаборатории. А первые снимки сделала наша сверстница Ирина Потехина, институтский фотограф. Сели на поезд, а перед посадкой на перроне прокричали «прощай, родной город, до встречи осенью» и троекратное «ура». Слез не было, так как плакаться, что едем к черту на кулички, было не перед кем.

Прибыли в Комсомольск. Наш состав должны были подать к берегу Амура, на пристань, там погрузить пассажирские вагоны на речной паром и перевезти на другой берег, на станцию Пивань, а после разгрузки своим ходом поезд отправлялся к месту назначения – на 129-й километр. Время до отправления у нас было, и мы решили осмотреть Комсомольск, сели на трамвай и доехали до берега Амура к памятнику первостроителям города. Город нам понравился. Затем вместе с поездом на пароме переправились на другой берег, и утром были на месте назначения. Вышли на пустой разъезд, где кроме домика дежурного ничего не было. А дальше – три километра пешком по глинистой дороге до места, где должен быть поселок Уктур и где мы должны разбить палаточный городок.

Место оказалось красивое, на сопке, под горой ручей, где устроили закалочную купальню, так как вода горного ручья была холодная, место для стирки одежды и белья, оборудовали мостик и лестницу для спуска от лагеря. Брезентовые палатки натягивали на специальные деревянные каркасы, а так как вокруг было много змей, то растительность внутри палаток выжигали, чтобы запах гари не давал этим гадам залезть к нам в постель. Чтобы постель и палатки удобно было сушить после дождей, края их поднимались и сушка происходила сквозняком. Каждая палатка была рассчитана на десять человек. Мы оборудовали первую палатку, а затем поставили еще двадцать. Палатки стояли между деревьями и красиво вписывались в местный ландшафт. Решили предложить потом приехавшим студентам дать свои названия каждой палатке, а первую нарекли «Бенжамин – Женя» (в честь Жени Лисова – умельца на все руки).

Отряд свой назвали «Оптимист» и сами придумали эмблему – комар, бодающийся с легковым автомобилем. Чего-чего, а комаров там хватало! Местность, несмотря на возвышенность, оказалась сырой и в некоторых местах болотистой, покрытой мхом. Поэтому весь лагерь вымостили тротуарами. Через месяц лагерь был готов, и в июне прибыл весь отряд. Торжественное построение было театрализованным и спортивным. Нужно было забить первый березовый колышек в размер, деревянной кувалдой (булавой), да еще с завязанными глазами. Такую операцию – нашлись ловкачи – выполнили и девушки, и ребята.

В основном в отрядах были ребята, а девчат всего человек двадцать, но уже после летнего сезона образовалось несколько студенческих семей: Саша Хренов – Инесса Сунцова, Володя Голяк – Инна Корнюшкина, Толя Паленко – Таня Советова, Саша Юркевич – Людмила Чурсина, Володя Одинцов – Люся Простакова и еще несколько других. Даже нашего «неподдающегося» комиссара Валерку Кузнецова девчата женили на своей подруге. В свободное время устраивали танцы. А когда дежурному на разъезд 129-й километр привозили кино, то смотреть его вечерами на открытой территории с железнодорожной кинопередвижки, напоминающей агитклуб, ходили за три километра и мы.

За сезон мы заложили несколько двухэтажных домов на двенадцать квартир каждый, построили РБУ (растворобетонный узел). Сколько деревянных свай под фундамент вкопали, да притом вручную! Площадки под дома готовили сами, пилой спиливали деревья, корчевали тоже вручную, позже нам привезли один бульдозер, и стройка пошла быстрее. Все жилые дома строили из бруса, только фундаменты были свайно-заливные.

Для принятия груза на разъезде построили склад, а самое главное – построили тупик для постановки вагонов под лес и доставки грузов на станцию. Надолго запомнили, что рельс весит600 килограммов, его длина12,5 метраи нужно 12 здоровых (и одинакового роста, по180 см) студентов, чтобы приходилось по50 килограммовна человека. Вот и таскали эти рельсы на плечах по насыпи, которую отсыпали самосвалами. Задание это мы тоже выполнили, и тупик сдали, поскольку для принятия груза состав из 2–3 вагонов подходил на полчаса, и их нужно было быстро разгрузить. Если же не успевали, то для пропуска проходящего пассажирского или грузового состава эти вагоны угоняли на ближайшую станцию – в Селихино, или Тумнин, или Высокогорное – так и мучились, пока не появился этот тупик. Это был почти корчагинский подвиг!

У нас была своя столовая, назвали ее «Не плачь, Галя» – это было имя нашей поварихи из институтской столовой, такой же молодой, как и мы. На каждую смену для помощи ей были приданы две наши девчонки. Чаще всех дежурили Валя Галаган, Таня Кинеева и Рая Немчина. Первое время главный повар Галя не успевала приготовить обеды и плакала, но мы ее успокаивали и иногда питались сухими пайками. Толя Харченко часто занимался по утрам растопкой печи в столовой. Мы сами собирали грибы: было много белых, маслят, и какой суп из них получался!

В свободное время наша группа (из приехавших первыми) часто ходила в походы на близлежащие сопки и покорила самую высокую. Собирали из бревен плоты и плавали по речке Хунгари до станции Селихино. Совсем не боялись воды, научились хорошо управлять плотами при помощи двух весел, закрепленных по всем правилам, как у профессиональных плотогонов. Все эти походы и местная природа снимались на фото- и кинопленку Александром Котиным. Случалось, он иногда падал в воду с камерой, но ее мы успевали выхватить, а Котин всегда выплывал. Мы смеялись по этому поводу, потому что человек он был хороший, а «коты в основном боятся воды».

Отмечали мы дни рождения, поздравляли всех в столовой, но от работы не освобождали. И вот какой произошел случай. Коля Депутатов работать не стал, говорит: «Не могу – у меня день рождения». Командир его освободил, а нас заело. Я как комсорг попытался докопаться до истины и узнал, что он верующий и ему в этот день работать физически нельзя. Ну, мы потом и махнули на этот случай рукой. Позже, на третьем курсе, автомобилист Коля Депутатов забрал с лесоинженерного факультета своего брата-второкурсника и они по рекомендации Хабаровской церкви уехали в Загорск в духовную семинарию, а после ее окончания работали священнослужителями. Сколько же ректор, Михаил Павлович Даниловский, перенес после этого случая! Его вызывали в горком, в крайком партии и воспитывали, мол, «проморгали студентов». Больше подобных случаев не было, все остальные оказались идеологически стойкими.

Пробежало лето, в конце августа, в основном подготовив задел и закончив свои объекты, мы возвратились в Хабаровск. Обратный путь прошел быстро, так же перебрались на пароме через Амур, еще раз взглянули на Комсомольск. В Хабаровске встречать нас приехал сам Михаил Павлович, наши снимки пошли в газеты «Молодой дальневосточник» со статьей Николая Дмитриева и в «Тихоокеанскую звезду», где были снимки Ирины Потехиной. А в сентябре в Доме офицеров ДВО состоялся первый слет студенческих отрядов. Наш институтский отряд был отмечен грамотой крайкома ВЛКСМ и крайкома партии.

Наступил 1968 год. Николай Дмитриев, секретарь комитета комсомола института, сформировал около десятка отрядов – на мыс Лазарев, в Амурск, Охотск, Хабаровск и многие другие населенные пункты. Появилась у стройотряда своя форма, эмблема нарукавная, одним из ее авторов был студент группы АТ-66 Владимир Ощепков. Помню командиров и комиссаров тех отрядов: Виктора Шпакова, Володю Кислицина, Володю Жаркова, Виктора Рубенко и других активистов.

Волею судьбы мне пришлось заканчивать институт с ребятами, которые были во вторых студенческих отрядах 1968 года, так что я фактически очевидец и участник организации всех первых отрядов. Все стройотрядовцы были замечательные ребята. Хотелось бы назвать их поименно, но сделать это едва ли возможно. Остается мысленно вспомнить всех, пропустить перед глазами их молодые лица, так как некоторых уже нет в живых. В 2007 году отмечалось 40-летие образования поселка Уктур, а ведь в 1967-ом, когда наш первый стройотряд прибыл в ту местность, это была еще только необжитая точка на карте. Бывший комиссар отряда Валерий Александрович Кузнецов принял участие в торжественных мероприятиях по случаю 40-летия Уктура.

Стройотряд дал нам возможность получить еще и дополнительный заработок, ведь большинство тогда жили бедно и на деньги родителей. И чтобы как-то растянуть на месяц стипендию в 30–40 рублей и помощь родителей, мы у себя в комнате ввели жесткую дисциплину, составляли меню и готовили сами. Откладывали деньги сразу с четырех человек на месяц и по очереди варили. Были завтрак и ужин, а в обед старались ходить в столовую. Таким образом, сами кушали, а часто и еще 2–3 комнаты кормили, так как многие студенты вообще оставались без денег. Так вот и жили: хоть и бедновато, но дружно и весело, не унывая, зная, что учиться надо и высшее образование необходимо получить.

На становление нас в качестве специалистов широкого профиля большое влияние оказала военная кафедра института. Мы имели гражданскую специальность инженера-механика автомобильного транспорта. Кроме того, получили звание лейтенантов-инженеров, офицеров запаса, военные подготовили нас и как инженеров по механизации мосто- и дорожно-строительных работ. Поэтому на гражданке нам, кроме всего прочего, пришлось и строить, и восстанавливать наши российские дороги. Многие посвятили службе в армии всю свою жизнь: Валерий Кузнецов и Владимир Ощепков – полковники, а Алексей Тяжлов стал генералом. Заведующим военной кафедрой в наше время был полковник Павел Петрович Рожко, человек замечательный, высокой самодисциплины.

У нас во время учебы были тесные дружеские отношения с преподавателями и даже с ректором Михаилом Павловичем Даниловским, который никогда не сторонился студентов, знал, что это его верные помощники. Активистов института из числа студентов он регулярно собирал у себя в кабинете и рассказывал о своих планах. Я тоже два раза присутствовал на такой беседе в его личном кабинете в левом крыле центрального корпуса.

Помним мы и других наших наставников: профессора кафедры химии Николая Владимировича Разумова, преподавателей кафедры физики Константина Борисовича Куренщикова, кафедры ДВС Георгия Афанасьевича Колоновского, кафедры автомобилей Сергея Сергеевича Гулезова, Александра Никитовича Ишутина, Юрия Ивановича Куликова, Бронислава Сергеевича Сахно, Аллу Александровну Байбакову, Галину Дмитриевну Гололобову, кафедры истории и философии Луизу Гавриловну Савченко, Надежду Андреевну Присягину, Виталия Михайловича Кордаса.

В то же время закончили аспирантуру в Москве и Ленинграде первые выпускники института, молодые преподаватели Геннадий Бенцианович Горелик и Александр Иванович Каминский, которые до сих пор трудятся в ТОГУ. Вспоминаю случай: при защите мною курсового проекта по ДВС Каминский и Горелик неслучайно оказались в аудитории и даже задавали мне вопросы, а потом профессионально заспорили уже между собой, кажется, о режиме работы двигателя автомобиля «Запорожец» и преимуществах высоко- и низкотемпературного режима работы охлаждения двигателя, точно уже не помню. Напугали они меня сильно, так как были представителями разных научных школ, где получили степени кандидатов наук, а мне хотелось правильно ответить каждому из них. Все закончилось благополучно: меня они пощадили, а сами разошлись со «шпагами» в руках, отстаивая каждый свою теорию. Мне поставили в зачетку «отлично» – за стойкость убеждений и решительность в ответах, ведь в институте тоже хорошо преподавали. Хотя в первые годы не хватало профессоров и докторов наук, и к нам приезжали и читали лекции светила из МАДИ и других вузов Москвы.

А как студенты-политехники ходили в город на майские и ноябрьские демонстрации! На автомобильном факультете был духовой оркестр, который входил в состав большого институтского и которым руководил Александр Иванович Баранов. И вот автомобилисты брали барабан, на трубе играл Валерий Степанский, а призывы выкрикивали Валентин Вишняков и Виктор Луконин. И так это было торжественно. Часто, когда на всех трамваев и автобусов не хватало, преподаватели, наши кураторы и из числа парткома и комитетов ВЛКСМ вели колонну пешком от института и до улицы Карла Маркса по улице Калинина через северные ворота стадиона им. В. И. Ленина до главной площади и далее до пединститута. Удивительно, какой был энтузиазм и подъем настроения после демонстраций.

При всей напряженности будней студенческой жизни у нас хватало времени и сил на благоустройство приинститутской территории. Все деревья и кустарники в институтском городке были высажены студентами при участии преподавателей. Мы участвовали и в благоустройстве общежитий. На летний период создавались небольшие студенческие бригады по ремонту фасадов, комнат, сантехники, промывке труб. Словом, все делали своими силами.

Закончил я институт уже в группе АТ-66 – подвели перегрузки и болезнь. После окончания ХПИ работал в течение 20 лет главным инженером на автопредприятии города Охотска (Хабаровский край) в системе Минавтотранса РСФСР, затем главным инженером Охотского рыбозавода Минрыбхоза СССР, был заместителем генерального директора по маркетингу, сбыту и внешнеэкономической деятельности завода «Дальдизель», ветеран труда, а в настоящее время пенсионер. Живу в Краснофлотском районе, и до сих пор, когда проезжаю мимо здания института, то сердце наполняется переживаниями, душа молодеет, гордость берет за нашу альма-матер, давшую нам, простым деревенским ребятам, дорогу в большую жизнь. Хочу сказать, что из моих однокашников, студентов двух выпусков – групп 1965 и 1966 годов, вышло много первоклассных специалистов, хороших руководителей и прекрасных работников. Основным их составом мы ежегодно на Рождество собираемся в Хабаровске, а всем потоком – каждые пять лет.

По работе я вдоль и поперек проехал практически весь Советский Союз и сделал вывод, что, приезжая в любой город и даже крупный поселок и зайдя на крупное предприятие, можно встретить бывшего выпускника хабаровского «политена», подготовившего десятки тысяч высококлассных специалистов для своей Родины.

Желаю всему коллективу сегодняшнего университета творческих успехов, здоровья всем студентам, преподавателям и сотрудникам! Жить нашему «политену» вечно! 

Хабаровск, 2007 г.

Извините, ваш Интернет-браузер не поддерживается.

Пожалуйста, установите один из следующих браузеров:


Google Chrome (версия 21 и выше)

Mozilla Firefox (версия 4 и выше)

Opera (версия 9.62 и выше)

Internet Explorer (версия 7 и выше)


С вопросами обращайтесь в управление информатизации ТОГУ, mail@pnu.edu.ru